Среда, 12 Март 2014

О традиции кунты и о люлях )). Мастер. Семинар в Орявчике. 2013 г.

pN-iPBGW0rMМастер: У нас с тобой, Андрюха, соблюдается традиция. Я – ученик Тоши, ты мой и у нас идёт непрерывная связь. И вот это чувствование корня, откуда всё идёт, чувствование традиции, оно же мало кому дано. Они, люди, может чувствуют, но вот как ты чувствовал – трудно себе представить. Много людей чувствовали, но много ли вот так вот взяли и пошли?

— А можно вопрос? Вот вы говорите о традиции, что вы ученик Тоши, а Тоша тоже чей-то тогда ученик?

Мастер: Безусловно.

— А чей?

Мастер: Традиции.

— А откуда идёт традиция, можно узнать?

Мастер: Традиция кунты – она древняя, но там был разрыв. Тоша получил телепатические знания, т.е. он был как тертон, он получил их не из живой передачи, а телепатически.

— Из Космоса?

Мастер: не важно. Он был как тертон. Он переоткрыл традицию, которая уже была когда-то на Земле. Такие случаи бывают. Как Норбу пишет: столько много традиций прервалось и умерло. Вы не можете себе представить сколько. Но кунта, одна из тех традиций, которой удалось возродиться. Очень много обстоятельств и социального плана, где убивают традиции. Просто убивают носителей. Так было в Советском Союзе, сколько шаманов перебили, буддистов расстреляли. Выводили буддистов за ворота дацана и из пулемёта, сотнями. Так умирают традиции. Во время Сталина, на самом деле, удивительно, что кого-то сослали, поэтому там чудом уцелело несколько лам. В Бурятии было 60 тыс. лам и около 1000 дацанов от маленького да великого. Это было до того года, когда начали всех расстреливать. В итоге осталось десяток-два лам. Как мне рассказывали, так оно и было, что им терять то. Кто не попал под пулемёт, того просто не оказался на месте. Потому, что у них там всё по бумаге. У этих органов нет даже различения личности, они так: «это сделали…. Следующего в лагеря…. Ты плохой…. Ты хороший». Там просто есть бумажка.

И мне рассказывали те же самые ламы, которые прожили эти лагеря. Мне посчастливилось их встретить. И такой интересный момент, есть такая поговорка: «Пока толстый сохнет, худой сдохнет». Так вот там худосочные выживали, а те что в теле, они умирали. И выползло из лагерей, скажу вам, можно пересчитать по пальцам одной руки точно, врядли на пальцах двух рук. И эти ламы начали возрождать буддийскую традицию в Бурятии. Это были очень сильные ребята. Это были самые мощные люди, которых я видел, после Тоши. Пройдя лагеря, они остались в таком состоянии нуля, добросердечия, бодхичитты, доброго отношения к людям, благожелательности, никакой ненависти. И для меня это было на столько поразительно. Понимаешь, Наташа, вот эти там семь или десять люлей, относительных люлей, которые получаете вы, никогда не сравнятся с 25ю годами лагерей. Это минимум, что каждый из них прошёл. А силу, которую они после себя несли, она была невероятна. Ты говоришь, что устала от люлей, а какие люли? То, что я скажу: «Пошла в жопу, дура»? Это ребята, не люли, это просто ей кажется, что это люли. Это Эго считает, что это люли. Там, в этом состоянии, в котором эти ламы находились, там даже слово Эго, оно не может существовать, в словаре его не может быть. Они все ушли уже. В 90-х годах ушёл последний, они уже старенькие были.

Попель: Это Дарма Доди?

Мастер: Да, Дарма Доди последний ушёл, ему было 93 года. Кстати, он мой коренной учитель по всяким буддийским мантрам. Он на столько был красивый, тонкий и изящный человек. Трудно описать себе в 90 лет старика, который на столько красив, что на него смотришь и дыхание замирает, изящные движения. Вот сейчас вспоминаю и слёзы наворачиваются. Какой он был красавец.
И когда говорят: «Сколько я ещё буду получать этих люлей?»???? Понимаешь, вот Эго и Альтер Эго, которое Сверх Эго, которое не Эго, которое красота от того, что ты понимаешь свою природу, свою красоту, которая в тебе есть изначально и ничто и никогда её не поколеблет. Т.е. это надо, чтоб переворот сознания произошёл. Это получается такая разница в пути Наташи и Дарма Доди. Вот Наташа смотрит сейчас в небо, а на самом деле она смотрит внутрь своего Эго, ищет там ответ на вопрос, а там его нет. И поэтому есть традиция, можно посмотреть на людей, которые уже прошли этот этап давно уже, они на столько уникальны, на столько живые. Этот Дарма Доди в 93 года такой живой был. Задаёшь ему вопрос, а он смотрит на какой-то цветок, на бабочку, он ими восторгается, он даже не может говорить об этих вещах, для него они не существуют, потому что у него нет Эго. Потому что Эго может говорить только о своей болезни, о своей обиде, о своей херне. А Альтер Эго, высшее Я, оно может говорить, как он наслаждается природой существования, природой жизни. Но это был сильный разрыв реальности, переход точки сингулярности.
Эго – распластанное, несчастное, тормозящее, озабоченное всякой фигнёй. И Альтер Эго – которое заботится только о тебе, как бы тебе помочь, долбоятлу.

— Нужно же пройти это, дорасти.

Мастер: В том то всё и дело. Самое главное, что есть процесс, есть куда идти. Вот Наташа спрашивает: «А за что мне страдать?», она даже не понимает, куда идти дальше. Эго не понимает куда идти, потому что Эго никуда не идёт. Эго не хочет никуда идти. Эго хочет упираться и страдать, упираться и болеть.

— На каком-то этапе не видишь куда идти.

Мастер: не видишь, да. Вот я и объясняю, если у тебя сейчас этап «не видишь куда идти», значит извини, сейчас только люли. По-другому не получается.

— Так периодически бывает знаешь.

Мастер: Это уже хорошая стадия, стадия – «не люли» ))))
Но самое интересное, самая яркая традиция какого-то человеческого подвига для меня, это конечно же традиция Иисуса. Потому что я считаю, что не было более красивого акта просветления. Не смотря н то, что я считаю себя ортодоксальным буддистом. Он просто взял на себя всю боль этого мира. Это на столько далеко от наших мелких эгоистических интересов. Вот некоторым показать Иисуса, они же сразу умрут от мысли, что всю жизнь жили не правильно. Есть разница между Буддой и Иисусом. Мне больше нравится путь Будды, но моё сердце больше отдано Иисусу. Хотя путь Будды, для меня, более естественный. Меня ненавидят все православные христиане, а с батюшками у меня всегда прекрасные разговоры, они ко мне приезжают, мы разговариваем и это удивительно конечно. А взять рядового православного, который ходит в церковь и это сильная разница и разный уровень, потому, что церковь – явление социальное. Церковь – это отражение общества. Какое общество, такая и церковь, такая и милиция, такое и правительство.

Так вот, Наташа, представь себе, что это как рождение человека. Через боль. Женщина же рожает через боль. Ты переходишь в состояние «дважды рождённого». Один раз мама с папой подарили тебе эту жизнь, которой ты жила до сих пор, а сейчас второй раз. Другого пути нет, только через боль. Вот, Профессор, сколько ты боли вообще испытал? Сколько у тебя было страдания?

Попель: Ну так, канцентроровано, наверное лет восемь, да?

Мастер: И это было концентрированное страдание. Не так как сейчас бывает, когда тебя ужалила какая-то фигня и херово. Ты ходил как одна боль и получал люлей при этом всём.

Попель: В начале же было как, три года – первая трансформация. Ну я думал, первые три года переживу. Это была концентрированная боль. Прошло три года, и ты сказал, что теперь это надо соединить с внешним – ну давай, ещё три года. А потом ещё какая-то легенда была…. В общем лет девять-десять.

Мастер: Да и только сейчас ты стал нормальным человеком.

Попель: Да, боль отпустила. Ну так бывает конечно, но .. ))

Мастер: Совсем без боли не будет развития, боль должна присутствовать. А ты, Наташа, чего хочешь? Это Профессору, при его титаническом стремлении к победе и характере – десять лет, а ты хочешь за два месяца проскочить? Готовься!
Я тоже не меньше десяти лет прошёл.

Попель: Ты говорил, что ездил туда к буддистам в Бурятию лет тринадцать.

Мастер: Ну, лет пять я там точно огребал по полной программе. Там был тупо огрёб. Там даже не смотрели, увидели я вошёл – огребай значит. А через лет пять, уже приезжаю – свой человек, спрашивают что-то там, советуются. Просто, когда ты прошёл все стадии люлей, многолетние испытания, потом я уже мог открывать дверь ногой, войти к ламе без спроса, просто зайти и мне похер, что там очередь ждёт, идёшь просто и говоришь с ним о своих делах, хотя у него какой-то там человек. Это уже всё было. И всё равно беспредел устраивать было нельзя, за беспредел все говорили сильное ФЫР. Когда я привёз туда Джона Эберта и мы пили и курили там где нельзя никогда и ни при каких обстоятельствах, нас пожурили )))

Попель: Ну, собственно, первых три или пять лет – это был просто беспредел. Попель зашёл – все кидают тапками, а проявиться никак нельзя, потому, что чуть проявишь Эго, получишь от Мастера. При чём, что-то тявкнешь в ответ, а тявкнуть нечего, всё мимо. Сейчас такого уже не происходит жёсткого обучения.

Мастер: нет, поверь мне, если они захотят стать нормальными людьми, они должны будут пройти через жесткач. Это же детский сад ещё. Не, ну которые ко мне поближе, тем люли прописаны уже рецептом.

Попель: три раза в день )))))

Мастер: Это же как мы всегда говорили за внешний круг, внутренний и тайный. Внешний круг люли вообще не получает, получает поддержку, защиту. Внутренний – там уже начинаются люли. А тайный – там уже идёт сотрудничество, там люлей как таковых нету, сотрудничество на уровне развития, взаимопонимания, действия. Уже не тот уровень, чтоб люли огребать, там уже и сам можешь огрести. )))) Это всё соблюдается. Группы всё время создаются, новички входят во внешний круг. Если человек начал огребать, он должен радоваться, значит он попадает во внутренний круг. Лучше уж грести, чем оставаться за бортом.

Обычные семинарские будни кунта-йогов )))) Орявчик 2013

Диалоги с мастером. Семинар. Посёлок Орявчик. 2013 год.

Отзыв после семинара Джона в Орявчике.

По следам семинара в Орявчике

Семинар Джона в Орявчике

Диалоги с мастером, семинар в Орявчике, октябрь 2012 года. Часть 1.

Диалоги с мастером, семинар в Орявчике, октябрь 2012 года. Часть 2.